Персонаж восточнославянской мифологии, в котором соединились черты сказочного великана и традиционные признаки нечистой силы. На самом деле образ придуман Н. В. Гоголем.

Название Вий происходит от старославянского слова «вейка» (укр.— вийка), ресница. Вий — исполин, с трудом передвигающийся из-за чрезмерной тяжести тела. Взгляд Вия обладает смертоносной силой — он убивает или превращает в камень. Его глаза постоянно скрыты под огромными веками, их поднимают вилами бесы, сопровождающие чудовище. Вий выступает как владыка загробного мира или предводитель чертей. Он не только причиняет вред человеку. Своим смертоносным взглядом Вий уничтожает города, где обитают неверные. В этом мотиве следы древнейших верований в «дурной глаз» соединились с представлениями о существах, наделенных смертоносным взглядом (василиск).

В славянской мифологии бог огня и кузнечного дела, семейного очага.

В Древней Руси Сварог был тесно связан с Даждьбогом, которого называли сыном Сварога. Считалось, что Сварог способствовал развитию технических знаний. Имя бога образовано от древнеславянского корня «вар» — жар, горение. В названии отражено то, что Сварог выступает как охранитель огня.
Следы общего мирового культа поклонения огню видны, в частности, в древнерусском «Слове некоего христолюбца», написанном в начале ХII века, где Сварог отождествляется с древнегреческим богом Гефестом. Неизвестный нам киевлянин рассказывает, что с помощью волшебных клещей, якобы упавших с неба, выковывали оружие, делавшее воина неуязвимым.
Самое большое святилище Сварога находилось в польском селении Радгост. Сварогу поклонялись в Чехии, Словакии, где его называли Рарогом (от древ-неславянского корня «рах» — страх).
С именем Сварога славяне связывали разделение истории на две эры: досварогову и эру Сварога, с которой началась обработка металла. Кроме того, культ Сварога означал установление моногамной семьи, когда полагалось «единому мужу едину жену имети, и жене за един муж посягати».

Поэтический образ девушек, летними вечерами водивших хороводы по берегам рек и озер. Известен в фольклоре всех народов Европы. В районах, прилегающих к большим рекам, легенды о русалках рассказывали в каждом прибрежном селе. Славяне считали русалок наполовину демонами, наполовину умершими людьми.

Полагали, что русалками становятся молодые красивые девушки, утонувшие в реке, невесты, умершие до вступления в брак, а также младенцы, умершие некрещеными. Поскольку русалок считали пришельцами из мира мертвых, полагали, что они ищут себе место на земле. Так возникли рассказы о том, как оказавшийся в лесу человек поймал русалку и привел ее к себе домой. Она прожила целый год и убежала лишь весной. Считалось, что большую часть года русалки проводят на дне реки или появляются на земле во время так называемой русальной недели (неделя после Троицы).

Как и другие стихии, ветер мог быть злым и добрым, разрушительным или полезным для человека. Небольшой, дующий в нужном направлении ветер был нужен для выполнения ряда хозяйственных работ — сева, веяния зерна, вращения ветряных мельниц. Сильный ветер выворачивал деревья, разрушал дома и посевы, поднимал бурю на море. Считалось, что тихий ветерок возникает от дуновения ангелов, а сильный ветер порождает дьявол.

Славяне верили, что ветры подчиняются повелителю — Стрибогу. По четырем углам земли — на севере, юге, востоке и западе — живут четыре главных ветра. В сказках ветры представлены в образах молодых людей. Вместе с отцом или матерью они обитают на краю света, в глухом лесу или на острове посередине моря-океана. Отсюда ветры разлетаются по всему свету, принося на землю дождь и помогая плыть кораблям.

Домашний дух, обитавший во дворе. Как и домовой, дворовой являлся покровителем домашнего скота.

В описании дворового соединились традиционные черты домового оборотня, взятые из христианской демонологии: дворовой был похож на человека, но его ноги были куриными, козлиными или кошачьими. По другим рассказам, дворовой напоминал змею с петушиной головой и гребнем. По ночам он мог принимать облик хозяина дома. Местопребыванием дворового являлась специально подвешенная сосновая или еловая ветка с густо разросшейся хвоей.
Поскольку дворовой являлся ночным существом, он не любил ничего светлого. Купив белую лошадь, ее вводили во двор задом или через овчинную шубу, разостланную в воротах. Если лошадь дворовому не нравилась, то он о ней не заботился, животное начинало худеть, чахнуть, нередко по утрам покрывалось испариной. Такую скотину старались продать, иначе дворовой мог ее извести.

Демонологический персонаж, известный преимущественно в русском фольклоре. В образе кикиморы соединились представления разного времени. Наиболее древний пласт сложился в языческие времена и связан с почитанием женского божества Мокоши. Другая составляющая связана с верой в проклятых. Кикиморой становилась проклятая родителями или умершая до крещения дочь. Поэтому и представления о внешнем облике кикиморы разнообразны — она выглядит и как маленькая безобразная старушка с куриными ногами, и как девушка с длинной косой, нагая или одетая в белую, черную или красную рубаху, и как крестьянка в обычном наряде замужней женщины, и как маленькая девочка.

Кикимора сама приходила в дом или ее «напускали». Так, чтобы навредить хозяину, недовольные вознаграждением плотник или печник могли подложить под матицу (главную балку дома) фигурку кикиморы, грубо вырубленную из дерева. Как и домовой, кикимора жила в избе. появление в доме или в хозяйственных постройках, на гумне, в хлеву, во дворе, в бане было недобрым предзнаменованием. Считалось, что кикимора поселяется в домах, построенных на «плохом» месте, то есть там, где был зарыт удавленник или неотпетый покойник.
После новоселья кикимора обычно начинала вредить хозяевам. Чтобы она сменила гнев на милость и помогала семье, требовались обильные подношения. Если кикимора пересаливала хлеб, следовало обвязывать солонку поясом из можжевельника. Полагали, что кикимора не любит это растение и не подойдет к нему.

Согласно народным представлениям, одна из основных составных частей мироздания (наряду с водой, воздухом и огнем).

Земля считалась воплощением воспроизводящей силы природы, поэтому ее уподобляли женщине. Оплодотворенная дождем земля давала урожай, кормила людей, помогала продолжить род. Поэтому в заговорах часто употреблялась формула «земля — мать, небо — отец», например: «Гой еси, сырая земля, матерая! Матери нам еси родная, всех еси нас породила».
Следы обожествления земли отразились в древнейших погребальных ритуалах. Во время археологических раскопок обнаруживались скелеты, уложенные в позу новорожденного. Вероятно, похороны воспринимались как возвращение умершего в материнское лоно. Отголоски обряда видны и в обычае надевать чистое белье в преддверии близкой опасности или смерти. Так, в частности, поступают мореплаватели во время сильной бури.
Принимающая покойника земля считалась чудотворной; потому что присутствующие на похоронах стремились приложить к ней руку, чтобы очиститься от возможных будущих несчастий. Следы ритуала сохранились и в наше время: при похоронах принято бросать горсть земли на опущенный в могилу гроб.

Мифологический персонаж, обитающий в овине — особом строении, где производилась сушка снопов и обмолот хлеба. Для этого привезенные с поля снопы аккуратно укладывали рядами, после чего в специально выкопанной яме — подлазе — разводили огонь. Нагретый дым поднимался вверх и сушил снопы. После окончания сушки в овине или особом строении — гумне — снопы обмолачивали.

Облик овинника двойственен — в нем соединились черты человека и животного. Обычно овинник появлялся в образе огромного черного кота или собаки: «глаза горят калеными угольями, как у котов, и сам похож на огромного кота, весь черный и лохматый».
Но чаще его описывают как человекообразное существо, покрытое длинной черной шерстью. Овинника можно было увидеть только во время Светлой заутрени Христова дня (Пасхи).
Овинник обитает в подлазе вместе со своей женой овинницей. Оттуда он наблюдает за тем, чтобы привезенные с поля снопы были аккуратно уложены рядами друг на друга, дрова горели ровно и не давали искр.
Чтобы заслужить благосклонность овинника, следовало постоянно ублажать его подношениями, заговорами и молитвами. С овинником всегда разговаривали крайне почтительно, называя его « батюшка-овинушко» и даже «царь овинный».

Семейное божество, широко распространенное в славянском фольклоре. Важнейшая богиня славянского пантеона.

Исследователи долгое время считали, что Лада является одной из двух богинь рожениц. Корни их происхождения скрыты в глубокой древности. Аналогичные божества есть в пантеонах почти всех индоевропейских народов. М. В. Ломоносов сравнивал Ладу с Венерой.
До наших дней во многих местах сохранился ритуал девичьего праздника — ляльника. Во время него девушки славили великое божество и просили у Лады доброго мужа и счастливой жизни в браке. К Ладе обращались и после заключения брака, просили о личном благополучии и покровительстве. Об этом свидетельствует постоянный эпитет богини — охранительница. Имя Лады всегда сопровождалось почтительными эпитетами — Дива (Дидо)-Лада, Мати-Лада.
Праздники в честь Лады отмечались шесть раз в году — с начала марта до конца июня. Связанные с Ладой обряды обычно приурочиваются к весенне-летнему циклу праздников, в частности, именно у Лады испрашивали разрешения «закликать» весну:
Благослови, мати, Ой, мати, Лада, мати, Весну закликати.

Славяне балтийские , по словам Гельмольда, признавали, «что есть на небесах единый бог , властвующий над прочими». Он заботился, впрочем, по словам того же автора, только о небесном, прочие же боги исполняли возложенные на них обязанности и, происходя из крови верховного бога, почитаемы были тем выше, чем ближе стояли к этому богу богов . В другом месте своей летописи Гельмольд говорит, что между многоразличными богами славян (речь, конечно, идет о славянах балтийских) главнейший был бог руян, СВЯТОВИТ , знаменитый своим оракулом, – божество, в сравнении с которым все прочие божества называются лишь полубогами , которое пользовалось предпочтительным уважением со стороны всех (балтийских) славян. Наконец, в третьем месте, Гельмольд Святовита прямо называет богом богов . Из этих слов летописца заключаем, что Святовит и был вышеупомянутый верховный небесный бог балтийских славян.