Само слово «змея» этимологически восходит к слову «земля» — основному месту ее обитания. Змея как мифологический персонаж — не просто живущее в земле существо, но и обитатель и хозяин подземного мира.

Змея — популярный персонаж в фольклорной традиции славян. Свое место она заняла и среди образов русского фольклора, где она встречается в сказках и заговорах, в мифологических рассказах и легендах, в поверьях и приметах. Наиболее полно образ змеи представлен в волшебных сказках, хотя число сказочных сюжетов, где действует этот персонаж, ограничено. В фольклористике они объединяются в сюжетные типы под названиями «Чудесный предмет», «Чудесная способность», «Чудесный супруг». Есть и другие, более редкие, сюжеты.

«Над мертвеца идете, яко вси мертвени есмы»
(Духовная В.К. Владимира Мономаха
детям своим. Спб, 1793, в 3).


Семик – седьмой четверг после пасхи. Даже исходя только из этого, можно говорить о его христианских корнях. «Но слово Семик в значении праздника известно не ранее XVIII века в письменных памятниках» (1с114). А что было до того? До христианства? И вообще, - вяжется ли он с древними, «языческими» празднествами? Помятуя о том, как церковь замещала и подменяла исконные народные праздники на свои, «благочестивые» обряды, легко можно обнаружить то, что в действительности отмечали славяне.
Ранее мы отметили, что Русалии, или Зеленые святки (примерно с 10 мая по 10 июня), были одними из самых крупных кологодных народных праздников.

Кроме того, весьма показательно, что предание, относящееся к изначальному периоду новгородской истории, указывает на связь дерева именно с женским началом. Иоакимовская летопись рассказывает, что у новгородского старейшины Гостомысла было четыре сына и три дочери. К моменту его смерти сыновья его все погибли, а дочери были выданы замуж за других правителей. Поскольку вопрос о наследнике очень тревожил Гостомысла, неудивительно, что однажды он увидел на эту тему вещий сон: «Единою спясчу ему о полудни виде сон, яко из чрева средней дочери его У милы произрасте древо велико плодовито и покры весь вес град Великий, от плод же его насысчахуся людие всея земли. Востав же от сна, призва весчуны, да изложат ему сон сей. Они же реша: «От сынов ея имать наследити ему, и земля угобзится княжением его». И все радовахуся о сем...» Как уже давно установили исследователи мифологии, число семь соотносится с понятием мирового древа, описывая устройство вселенной в базовых соотношениях: уже упоминавшееся выше троичное ее деление по вертикали и четырехчастное деление по горизонтали (четыре стороны света).

До чего была распространена вера в чудодейственную силу волхвов и кудесников, видно из того, что Стоглавый собор обратил на это внимание и издал указ, в котором угрожал волхвам и чародеям царскою опалою, а тем, кто прибегнет к их помощи, отлучением от церкви.

Известна грамота игумена Памфила, относящаяся к 1505 г.; он осуждает чародейство, восстает против собирания трав и кореньев, сопровождаемого диавольскими заклинаниями, на пагубу человечеству и скоту, на безумие мужам; но видно, что автор сам не чужд веры в силу чародейства.
Еще значительно раньше (XIII в.) обращался с укором к современникам Серапион Владимирский, восставая против непогребения удавленников и утопленников, которых даже вырывали из могил как виновников засухи и неурожаев; но осуждая такие меры, сам Серапион не отвергал возможности колдовства. Неоднократно и позднее восставало духовенство против описываемых суеверий, но это приносило мало пользы при низком уровне культурности того времени. Мало действовали и царские грамоты, как напр., грамота 1648 и 1649 г., особенно вооружавшаяся против скоморошества и “отреченных книг” (Астролог, Астрономия, Звездочет, Рафли, Волховник, Аристотелевы Врата и пр.); но самый факт появления соответствующих указов является доказательством сильного распространения зла, с которым признавалось необходимым бороться.

Что вы знаете о том, как покупать воду в бутылках? Скорее всего, вы слышали совет смотреть на то, чтобы с донышком бутылки все было в порядке. Но этого недостаточно для того, чтобы защитить свое здоровье.

Пластиковые бутылки всегда содержат на этикетке запись о том, из какого именно типа пластика они изготовлены. И эта информация очень важна. В конце концов, любой пластик выделяет в

Хотя взгляды на душевно-больных и отношение к ним в славянских землях, и в частности в России, в старое время во многом сходны с тем, что было изложено относительно западной Европы, однако, эти взгляды и отношения обнаруживают и некоторые особенности, почему и заслуживают самостоятельного изложения. Много ценных сведений по этому вопросу заключается в сочинении Афанасьева “Поэтические воззрения славян на природу”. Из этого замечательного сочинения видно, что самые названия душевных болезней у славян нередко указывают на соединенное с этими болезнями представление о карающем божестве; напр., название “boza moc”, “божья немочь”, “божье”, “бешенство”; одержимых приступами “беснованья”, неистовства и помешанных вообще называли “божевольными” и “божегневными”, что свидетельствует о древнейшем взгляде на душевную болезнь, как на проявление божьей воли и божьего гнева.

Перед тем как идти к властям.

Славянский заговор публикуется как есть, с минимальными правками на языческий мотив, и является личным виденьем автора.

Спать и встать по утру рано не умывшись, взять чистой воды и с той воды вымыть капь Сварога, капь Перуна, и капь Велеса, а как вымоешь, в ту воду наговаривай, а как наговоришь, вымой лицо свое, и той воды оставь ложки три, а как оставишь той воды, то налей её на платок свой, а как нальёшь, приди ко властямъ и платком тем потри лице свое.

Наговор.

Во Имя Сварога, Перуна и Велеса, стану я имрекъ, благословесь, по утру рано и пойду далече въ чистое поле, отъ отца благословенъ и отъ матери прощенъ, и отъ роду и отъ племени ближнего и дальнего, войду далече въ чистое поле и стану на встокъ лицемъ а на западъ хребтомъ.

По ночам ведьма обыкновенно расчесывает по плечам косы, надевает белую рубашку, садится верхом на помело (веник, ухват, лопату, кочергу, метлу), заваривает в горшке зелье и вместе с дымом очага уносится в трубу на вольный свет. Так отправляется она портить молодцов и девиц, доить чужих коров, гулять на Лысую гору. У ведьмы всегда хранится чудодейственная вода, вскипяченная вместе с пеплом от купальского костра: когда она захочет лететь по воздуху, то обрызгивает себя этою водою и тотчас уносится, куда захочет. Но главные полеты ведьм бывают два раза в году, на Лысую гору (или чертово беремище}. На Лысую гору летают не одни ведьмы, но и колдуны (также на помелах, метлах, лопатах), и бабы-яги, и нечистая сила (черти). Если схватиться за ведьму, когда она сбирается лететь, то она вынесет вместе с собою на место их сборища. Полеты колдунов и ведьм совпадают с двумя главнейшими празднествами язычества: колядою и купалою.



Афанасьев. 1866

Въ страхе, очертилъ онъ около себя кругъ; съ усиліемъ началъ читать молитвы и произносить заклинанія, которымъ научилъ его одинъ монахъ, видѣвшій всю жизнь свою вѣдьмъ и нечистыхъ духовъ. Она стала почти на самой чертѣ; но видно было, что не имѣла силъ переступить ее, и вся посинѣла, какъ человѣкъ, уже несколько дней умершій.

Гоголь Н. В. Вій.

Круг в мифологии — одна из основных форм структурирования пространства. Круг замыкает участок пространства, являя собой границу охраняемого локуса. Первое жилище, по одной из украинских легенд имело круглую форму: Бог построил шалаш вокруг шеста. Круг создаёт сакральную преграду, охраняющую человека и его мир от потенциальной опасности. Магический круг защищает от нечистой силы, заложных покойников, ведьм посредством магического «закрытия» охраняемого объекта, делает его невидимым для нечистых, создаёт границу, которую не может пересечь зло.

Объект охраны — любой участок пространства и всё, что в нём содержится. Особого профессионализма от исполнителя оберега «магический круг», как правило, не требуется. Магические круги, не связанные с обрядовыми действиями (в опахивании села, например, участвуют только девушки и вдовы), может сделать любой человек.

У восточных славян с прядением был связан целый ряд мифологических персонажей. Во-первых, это Мокошь. С принятием христианства функция прядения отчасти перешла на Богородицу и Параскеву Пятницу, отчасти — на кикимору и мокруху, персонажей низшей мифологии. Тесно связаны с ним и ведьмы. По белорусскому поверью ведьма, обвиваясь с ног до головы выпряденною из кудели ниткой, делается невидимкою. Чехи считали, что ведьмы летают по воздуху на прялках. И ведуны, и ведьмы любят превращаться в клубок пряжи. Не следует забывать и то, что в русских сказках баба-яга дает герою клубок, указывающий ему путь в неведомое царство. Естественно возникает вопрос: была ли богиня Мокошь как-то связана с рожаницами — пряхами судьбы? Судя по всему, определенная связь между ними существовала. Если применительно к сильно «сниженному» варианту Мокоши, воспринимавшемуся в XIX в. как персонаж низшей мифологии, наподобие домового или кикиморы, фиксируется связь с прядением на уровне крестьянской избы, то эта же связь на уровне богини вполне могла существовать в космическом масштабе.